Я также ночной велосипедист, приветствующих встречных по-арабски. Вот я вновь посетил рай Первого автобуса, изрытых василеостровских линий, Иностранного переулка и прочих географических тонкостей, любимых только жителям петербуржского балтийского берега. Воздух здесь не такой, как везде. Он сырой и знакомый.

Около кабака "У причала" мой чёрно-белый шарфик приметил арабский официант. Я поскользнулся, сделал широкий кульбит, чтобы удержать равновесие, он удивлённо заглянул мне в глаза.

"Салям Алейкум!" - сказал я на ходу.
"Алейкум ассалям!!!11" - ответили мне в спину.

Интернет у меня здесь почти отсутствует, но рано или поздно я всем отвечу. Я ещё минимум неделю в Санкт-Петербурге.

В идеале, путешествие — это «парадная» жизнь, дни без будней. Поэтому, если возможно, надо перемещаться по планете с пересадками и постоянно встречать новых людей.

Через несколько часов я выдвигаюсь автостопом в Росток, оттуда на самолёте в Швецию (Линчепинг и город детства, Стокгольм) затем — через Финляндию или Эстонию — в Санкт-Петербург.

Автостоп в Италии — это действо, помимо твоей воли принуждающее тебя к просветлению. Зимой или летом — неважно, от него замедляются некоторые внутренние процессы организма и притормаживается ход мыслей. Совсем не хочется есть. Это явление — сродни добровольному приёму психотропных средств. Один мой друг, попробовав в Голландии галлюциногенные грибы, взял за правило не повторять этот психоделический опыт чаще, чем раз в год. То же самое, только сильнее, я могу сказать и про итальянский автостоп — он может рекомендоваться лишь в экстренных случаях, как одно из сильнодействующих лекарств. Привыкания он никогда не вызывает, но всё равно пробовать его следует не чаще, чем один раз в пять лет (куда там псилоцибину), а может быть, и реже. Зимой 2003-го года, в исторической поездке «Франкфурт(О.)-Венеция с пятью евро в кармане» я достиг своего непревзойдённого отрицательного рекорда: более восьми часов на одном месте, несмотря на непрекращающийся поток машин.

Свиньи
Итак, ночь на 15 июля, безымянный полуразрушенный бастион форта Спероне над спящей Генуей. Собрание астрономов и театралов постепенно разошлось, я приготовил на примусе вкусный ужин и, не заметив сна, уснул в своём бивуакзаке. Проснулся я в два часа ночи от бесцеремонного и грубого пинка по ногам. Что-то тёплое, человек или зверь, всей тяжестью навалилось на мои ноги, пытаясь, видимо расстегнуть снизу молнию. Ещё не понимая грани между явью и нереальностью, я высвободил из-под себя острый альпеншток и со всей силы ткнул им в не подозревающее о моём скором пробуждении податливое тело супостата, прямо через ткань палатки. Раздался оглушительный адский визг и супостат в мгновении ока отскочил от меня. Я мгновенно вскочил, избавился от опутывающего мои руки спальника и нанёс несколько мощных ударов прямо в морду ничего не понимающему зверю. Дикая свинья обиженно скривила рыло, сменила тон с агрессивного на плачущий и вновь отскочила на два метра.

( Read more... )

Когда я приехал в Геную, в фотоаппарате оставалось ровно 3 кадра плёнки, с которой я ездил в Христианию. Ещё не успев сдать вещи в камеру хранения, я сделал ровно 3 кадра, по-моему, довольно чётко очертивших моё первое представление о городе.